Rambler's Top100
———————— • ————————

Книги

————— • —————

Трагедия русского офицерства

——— • ———

Глава IV
Офицерство в Белом движении

——— • ———

Восток

Сибирь и Урал

Сибирь. В Сибири и на Дальнем Востоке, как и в Поволжье, существовали с конца 1917 г. сильные офицерские организации. Их члены, ведя подпольную работу, помогали по мере возможности боровшимся против Сибирского Вокома отрядам казаков и присоединившихся к ним офицеров. Активно боролся в Прииртышье есаул Б.В. Анненков. В Сибири и особенно на Алтае существовали и национальные антибольшевистские формирования во главе с офицерами соответствующей национальности. Среди офицеров-алтайцев были, в частности, Б. Сарсенов, Ю.Р. Саиев, С. Майнагашев, Тудаяков, Добранов, Чевалков, Манеев. В Западной Сибири базой офицерского сопротивления служили в основном два источника — Сибирское казачье войско и расквартированная до войны 11-я Сибирская стрелковая дивизия (41-й полк в Новониколаевске, 42-й в Томске, 43-й и два батальона 44-го в Омске, по одному батальону 44-го в Барнауле и Семипалатинске) — именно офицеры этих полков, вернувшиеся в свои родные города, составляли наиболее сплоченные ячейки и сыграли роль ядер, к которым примкнули более многочисленные, но более разрозненные офицеры иных полков старой армии{861}.

Выдающуюся роль в подготовке выступления в Сибири сыграл полковник А.Н. Гришин-Алмазов. Посредством постоянных разъездов он вполне конспиративно организовал целый ряд офицерских дружин на сибирской магистрали от Аткарска до Челябинска (он прибыл, по некоторым данным, по поручению ген. М.В. Алексеева для объединения доморощенных офицерских организаций; во всяком случае он объехал при большевиках все более или менее крупные сибирские города, внося систему и единство в кустарно создававшиеся офицерские организации{862}). Уже в марте частью покупкой, частью набегами на плохо охраняемые арсеналы, они добыли себе оружие. Общая численность военных организаций на всей территории Сибири к западу от Байкала к маю достигла 7 тыс. чел. Самой сильной была омская П.П. Иванова-Ринова (до 3 тыс. чел.), за ней по численности следовали организации в Томске, Иркутске и Новониколаевске{863}. В Красноярске к 1 июня в организации полковника В.П. Гулидова насчитывалось до 800 чел., из которых более половины офицеры-фронтовики, создавшие на дачах вокруг города сеть баз. В Томске к июню в подполье находилось почти 3 тыс. офицеров и около 1000 «не вовлечены в организацию, но готовы поддержать». В омской организации было до 1,5 тыс. чел. В мае были организованы выступления в Нарымском крае, Енисейске, Камне-на-Оби (поручик Самойлов), Усть-Каменогорске (организация «Щит стального штыка»), Павлодаре, Барабинске (поручик Кондаратский), Балагинске, Томске (полковник Сумароков) и другие{864}.

Одновременно с выступлением чехословаков в ряде городов Сибири офицерские организации свергли большевистскую власть и приступили к формированию частей. Первым таким городом стал Петропавловск, тайная организация которого насчитывала 60–70 чел. (главным образом казачьи и пехотные офицеры). Здесь начальником военного района стал войсковой старшина Волков, начальников штаба — есаул Блохин, комендантом города — полковник Панкратов, начальником мобилизационного отдела — подъесаул Поротиков. Во главе отдельной инструкторской роты, укомплектованной исключительно офицерами (до 60 чел.), стал капитан Васильев, другую роту образовали добровольцы-учащиеся, казаки — сотню. В Кургане во главе офицерского добровольческого отряда (150 чел.) встали чех поручик Грабчик и штабс-капитан Титов{865}, в Шадринске, взятом курганским отрядом через неделю, местный добровольческий отряд (120–150 или около 400 чел.) возглавил капитан Куренков{866}; в Ишиме, освобожденном петропавловским отрядом, также была создана Ишимская офицерская добровольческая рота (30 чел){867}. К 1 июня были сформированы Ново-Николаевский полк, рота, конный отряд и конвойная команда общей численностью до 800 чел.{868} При приближении повстанцев к Омску, там 6–7 июня выступила, поддержанная союзом солдат-фронтовиков, местная офицерская организация (к ней присоединились служившие в красных частях поручик Скурихин и прапорщик Жуков) во главе с полковником Ивановым-Риновым, который и вступил в должность начальника гарнизона и фактически управлял всей очищенной от большевиков территорией. В ночь с 13 на 14 июня в Иркутске выступила местная офицерская организация во главе с полковником А.В. Эллерц-Усовым и комиссаром милиции подпор. Щекачевым (до 400 чел.), но большинство участников восстания погибло, а 12 (в т.ч. шт.-кап. Телятьев) были расстреляны. Однако организация сохранилась и сыграла важную роль при взятии Иркутска 10 июля{869}. Позже там была сформирована из местных добровольцев 3-я Иркутская дивизия{870}.

В районе Тары выступила офицерская организация шт.-кап. Рубцова. Акмолинск был захвачен организацией Кучковского, в Барнауле 11 июня произошло выступление организации шт.-кап. Ракина (400 чел.), в Камне-на-Оби — пор. Самойлова. Семипалатинск (где при попытке захвата оружейного склада был убит пор. Правденко) был 11 июня взят отрядом есаула Сидорова и кап. Виноградова при помощи отряда есаула Машинского и станичного атамана Леднева. 8.06 начал борьбу Каракорум-Алтайский военный комитет во главе с полковником Катаевым (его отрядами командовали Венярский, подпор. Лукашевич, прапорщик Любимцев), там же в с. Кош-Агач поднял восстание шт.-кап. Д.В. Сатунин, вместе с которым действовал сотник Шустов. В Зайсане большевиков сверг войсковой старшина Кузнецов, Павлодар был захвачен подпольным центром во главе с офицерами Ивановым и Казначеевым и отрядом атамана Тычинского, Усть-Каменогорск — отрядом хорунжего Толмачева (убит){871}. Томск был захвачен 29 июня также офицерской организацией (нач. орготдела — полковник Шнапперман){872}, там сразу выдвинулся молодой офицер 42-го Сибирского стрелкового полка подполковник А.Н. Пепеляев{873}.

В Омске образовалось Сибирское правительство, во главе его вооруженных сил которого встал А.Н. Гришин-Алмазов. Сибирским временным правительством начала формироваться Сибирская армия. Ядром формировавшегося в Омске Степного Сибирского корпуса (генерал-майор П.П. Иванов-Ринов) стали офицеры 11-й Сибирской стрелковой дивизии: во главе 1-й Степной Сибирской дивизии были полковники ее 44-го полка М.Н. Фукин и Г.А. Вержбицкий, полками командовали подполковники Вознесенский (43-го), Панков (43-го) и Черкасов (42-го), а также некоторые офицеры других частей, зарекомендовавшие себя в подполье — капитан 109-го пех. полка Жилинский, капитан артиллерии Вержболович, ротмистр М.М. Манжетный и другие. Видную роль сыграл случайно попавший в Сибирь штабс-капитан Н.Н. Казагранди, уже в первый день освобождения Омска приступивший к формированию Первого партизанского офицерского отряда (72 чел.) и через день выступившего с ним на фронт. Еще один такой же отряд был создан в Омске полковником И.С. Смолиным (среди 44 русских было 25 офицеров, 4 вольноопределяющихся, 6 солдат и 9 учащихся). Эти два отряда (90 и 80 чел.) наряду со Степными полками и составили главные силы Сибирской армии. При выходе из Омска 1-й Степной полк имел до 150 чел. (в подавляющем большинстве офицеры), 2-й — тоже 150 (потом усилен Курганским добровольческим отрядом в 100 чел.), 3-й, усиленный ротами из Петропавловска, также достиг численности в 150 чел. Конница была представлена формированиями сибирских казаков — отрядом сотников Тимофеева и Вальшевского и 2-м Сибирским казачьим полком, артиллерия — батареями капитанов Плотникова, Остальского и Седова (в 1-й батарее из 33 чинов 25 были офицеры){874}.

В Тобольске большевики были свергнуты подпольной офицерский организацией полковника Киселева (42-го Сибирского полка) и сформированный добровольческий отряд (100 чел., потом 120–150) выступил на соединение с омскими частями (потом это был 6-й Степной Сибирский полк, после слияния с ним роты, приведенной поручик Митрофановым из Тары, он насчитывал около 200 чел.). По занятии Ирбита к армии присоединились 60–70 местных офицеров, 30–40 их влилось в отряд Казагранди{875}. В Чите 23 августа одновременно с восстанием казаков (во главе с присланным для связи с офицерским подпольем есаулом Трухиным) восстали заключенные в местной тюрьме офицеры{876}.

Формирование частей и в Поволжье, и в Сибири происходило сходным образом: сначала из офицеров, проживавших в данном городе, формировался офицерский батальон, который потом разворачивался в часть. Организация белых сил носила на первых порах зачастую случайный характер: наряду с офицерскими ротами и батальонами в одних полках и отрядах, существовали отряды при минимальном числе офицеров, кроме того, поскольку офицеры попадали в те или иные отряды по воле родства, уз совместной прошлой службы или случая, отрядами пехоты командовали артиллеристы, конницы — пехотинцы и т.д.{877}

В начале июня численность войск Западно-Сибирской (с 27 июня — Сибирская) отдельной армии достигла 4 тыс. чел., что позволило в середине июня образовать Средне-Сибирский (А.Н. Пепеляев) и Степной Сибирский (П.П. Иванов-Ринов) корпуса, которые в августе получили номера 1-й и 2-й (позже был создан Уральский корпус (генерал-лейтенант М.В. Ханжин). К 18 июня армия насчитывала 6047 чел. (в т.ч. 4332 штыка, 1215 сабель и 500 невооруженных){878}. Вместе с чехами и казаками она сражалась с красными войсками Центросибири по всей Сибири. Белыми отрядами командовали в это время полковники Буткевич, Ярушин, подполковники В.И. Волков, Б.Ф. Ушаков (вскоре убитый у Байкала), капитаны П.А. Бондалетов (Якутия), Виноградов, Кушнарев (убитый под Минусинском), поручик Гордеев, Б.С. Геллерт и др.

На 26 августа, после реорганизации, армия состояла из 3-х корпусов (Средне-Сибирский, Степной и Уральский) по 2–3 дивизии четырехполкового состава каждый. В Средне-Сибирский корпус Пепеляева входили: 1-я Томская (четыре Томских полка), 2-я (1-й и 2-й Новониколаевские, Барнаульский и Енисейский полки), 3-я Иркутская (Иркутский, Байкальский, Нижнеудинский и Хамардабанский полки) дивизии и небольшие казачьи части. Он состоял сплошь из добровольцев, в основе — членов подпольных офицерских организаций, и в этом смысле не отличался от «именных» полков Добровольческой армии (например, бравшие Иркутск части состояли сплошь из офицеров, которые вообще в это время составляли подавляющее большинство войск Сибирского правительства). При выходе к Байкалу на передовой в корпусе было не менее 5000 штыков. Убыль регулярно пополнялась за счет новых добровольцев, и к концу лета в нем было 7–8 тыс. штыков, не считая местных партизанских отрядов{879}. Большинство офицеров воевало, естественно, рядовыми. Даже в начале сентября в качестве солдат сражалось более 4500 офицеров, т.е. половина всех имевшихся. В некоторых частях их было больше, чем солдат. В Средне-Сибирском корпусе на 2 сентября из 5261 человека с винтовками 2929 были офицерами{880}. Степной корпус (где было много казаков) состоял из офицеров примерно на четверть (к 31 июля — 2384 офицеров на 7992 добровольца, в т.ч. 1314 на 4502 на передовой), причем в ряде полков и во всех батареях офицеров было свыше половины (см. табл. 33). В общей сложности к 31 июля в армии было 6970 офицеров и 28229 добровольцев{881}.

В сентябре была установлена связь с войсками Г.М. Семенова и приступлено к формированию 4-го Восточно-Сибирского и 5-го Приамурского корпусов. После очищения Сибири армия сражалась с большевиками вместе с Народной армией. «Работа, которую несли русские офицеры, была выше сил человеческих. Без правильного снабжения, не имея достаточных денежных средств, при отсутствии оборудованных казарм, обмундирования и обуви приходилось собирать людей, образовывать новые полки, учить, тренировать, подготавливать их к боевой работе и нести в то же время караульную службу в гарнизонах. Надо еще прибавить, что все это происходило среди населения, только что пережившего бурную революцию и еще не перебродившего»{882}.

Урал. На Урале очагом белой борьбы стали Ижевский и Воткинский заводы, восставшие 8 и 17 августа. На Ижевском заводе находилось несколько десятков офицеров двух категорий: старшие офицеры заводского технического персонала и младшие офицеры военного времени, большинство которых до войны были рабочими и техниками на заводе. Мирно настроенные офицеры первой категории активного участия в событиях не приняли, и ведение боевых действий легло на вторых. Был выбран штаб обороны в составе капитанов Цыганова и Солдатова и поручика Зебзиева, а командование было предложено единственному строевому кадровому офицеру полковнику Д.И. Федичкину. Интендантство и штаб возглавили полковники Сорочинский и Власов. Такая же ситуация сложилась и в Воткинске, где имелось только 2 кадровых офицера — капитаны Г.Н. Юрьев и Нилов, которые и стали во главе восстания. Кроме того, вслед за заводами восстала вся южная часть Вятской губ. Во главе восставших крестьян Елабужского уезда встал подполковник В.М. Молчанов. При помощи имевшихся в районе заводов 80 офицеров руководители восстания совершили поистине чудеса: мобилизовали до 25 тыс. чел., сформировали из них части и сражались в окружении 100 дней (с 7 августа по 17 ноября 1918 г.); но этого количества офицеров было, конечно, слишком мало. В октябре во всем Ижевско-Воткинском районе имелось до 300 офицеров{883}. Среди наиболее проявивших себя офицеров были участники тайной организации в Глазове (поручики Михайлов и Вершинин), прапорщик Я.Б. Багиянц, поручики Болонкин и В.Н. Дробинин (потом полковник командир Воткинского конного дивизиона), перешедший от красных полковник Альбокринов. Ижевско-Воткинской (Прикамской) армией, в которую объединились восставшие, командовал полковник Федичкин, потом капитан Г.Н. Юрьев (начальник штаба капитан 2-го ранга В.П. Вологдин), ижевцами — штабс-капитан Журавлев. В конце ноября ижевцы и воткинцы соединились с Народной армией и впоследствии были сведены в Ижевскую и Воткинскую дивизии{884}.

——— • ———

назад  вверх  дальше
Оглавление
Книги


swolkov.org & swolkov.narod.ru © С.В. Волков
Охраняется законами РФ об авторских и смежных правах
Создание и дизайн swolkov.org & swolkov.narod.ru © Вадим Рогге