Rambler's Top100
———————— • ————————

Книги

————— • —————

Российская империя
Краткая история

——— • ———

Глава 5
Российская империя от начала царствования Екатерины II до конца XVIII в.

——— • ———

Ко времени вступления на престол Екатерины II картина взаимоотношений в Европе вновь стала меняться. И основной причиной этого стала перспектива разрешения польского вопроса. Польша, уже около столетия пребывающая в состоянии фактического безвластия, рано или поздно должна была утратить территории, захваченные ею во времена прежнего могущества в средневековье. Вопрос о разделе Польши назрел еще в 30-е годы, во время войны «за польское наследство», но тогда Россия, несмотря на претензии по части положения в Польше православных, не была готова пойти на это, поскольку не была достаточно сильна чтобы играть в этом главную роль. Теперь же, когда после Семилетней войны влияние России на польские дела сильно выросло, основная цель российской политики на западном направлении — воссоединения всех земель Киевской Руси становилась в повестку дня.

Однако это неминуемо означало охлаждение отношений с Австрией, не склонной поддерживать подобные планы, поскольку она сама имела виды на часть этих территорий. В то же время Пруссия, для которой Австрия и после Семилетней войны оставалась основным противником, напротив, активно стремилась к сближению с Россией. Поскольку Австрия, отдаляясь от России, быстро сближалась с Францией (которая на протяжении всего XVIII столетия активно сколачивала антирусские союзы в Европе), то объективно создавались предпосылки для заключения в противовес этим державам русско-прусского союза.

После смерти польского короля Августа III Екатерина II предложила на польский престол кандидатуру своего бывшего фаворита Станислава Понятовского, который в сентябре 1764 г. и был избран сеймом при благожелательном отношении к этому и Пруссии. Еще до этого, в конце 1762 г. она решила заменить на курляндском престоле сына Августа III — Карла пребывавшим в безвестности Э.И. Бироном (прежним герцогом Курляндским), который стал теперь марионеткой Екатерины, а Курляндия — полностью зависимой от России территорией. 31 марта 1765 г. заключен бы и военный союз с Пруссией. По мысли графа Н.И. Панина, руководившего тогда российской внешней политикой, вокруг этого союза должен был сложиться так называемый «северный аккорд» — широкая коалиция северных держав (России, Пруссии, Англии, Дании, Польши и Швеции) противостоящая «южной» коалиции Австрии, Испании и Франции. Однако ни Фридрих II, ни Екатерина II не нуждались в такой большой коалиции, да и Англия (заключившая в 1766 г. с Россией лишь торговое соглашение), не склонна была идти на это. Остальные же страны, к тому времени ослабленные, не представляли для России ценности как союзники. К тому же в Швеции активно действовала против России французская дипломатия, причем Англия, несмотря на соглашение с Россией о поддержке там русофильской партии, все время срывала ее субсидирование. Отношения России с Францией обострились до того, что в 1767 г. дипломатические отношения с ней были разорваны и не поддерживались до 1772 г.

В Европе Россия чувствовала себя в начале 60-х годов XVIII в. более, чем уверенно. Но на Юге геополитические позиции России были неудовлетворительны. Здесь она — от Молдавии до Закавказья — противостояла Турции, причем русско-турецкие противоречия носили антагонистический характер. Православное население Османской империи по-прежнему смотрело на единоверную Россию, как на естественного союзника в деле освобождения от турецкого владычества. В Молдавии постоянно тлело антитурецкое движение, иногда прорывавшееся в восстаниях (последнее значительное выступление произошло в 1759 г. в районе Ясс). Наличие хищного Крымского ханства служило источником постоянной угрозы южным русским землям, при том, что не имея возможности держать флот в Черном море и укреплять даже Азов, России нечего было противопоставить этой угрозе. Влияние ханства распространялось и на западную часть Северного Кавказа, где мелкие местные владетели находились от него в вассальной зависимости. Турция, владея черноморским побережьем Кавказа и имея здесь свои опорные пункты, проводила активную политику исламизации кавказских народностей, на этой территории активно действовало мусульманское духовенство, под влияние которого попала кабардинская и черкесская верхушка. Терская линия на Северном Кавказе, обороняемая гребенскими, кизлярскими и терскими казаками, постоянно подвергалась набегам местных племен, чувствовавших за собой поддержку Турции. В 1763 г. было создано укрепление Моздок, а в 1769 г. линия была усилена переведенными сюда волжскими казаками.

Христианские народы Закавказья — армяне и грузины были полностью изолированы от России, подвергаясь насилиям со стороны Турции и Ирана. Правители Восточной Грузии (к середине XVII в. Картли и Кахетия были объединены под единой властью) искали поддержки в России, куда еще в 1752 г. было отправлено посольство с просьбой о помощи. Правитель Западной Грузии (Имеретии) Соломон I, ведший в 1750-х годах борьбу с туркамив 1758 г. заключивший союз с Восточной Грузией), в 1760 и 1768 гг. также слал послов в Россию. Армянское население, территория расселения которого была поделена между Турцией и Ираном, и не имевшее тогда своей государственности, активно эмигрировало в Россию, где играло заметную роль в торговле, а часть армян находилась на государственной службе России. Духовные лидеры армян — католикосы не раз обращались к России с просьбами о покровительстве армянам. Все это вызывало крайнее недовольство правителей Османской империи.

Между тем в Польше обострился так называемый «диссидентский» вопрос — отношения католического большинства с православными и протестантами. Станислав Понятовский, целиком зависевший от субсидий из России, но не имевший, как и все польские короли последнего времени, реальной власти, не имел и возможности повлиять на благоприятное для диссидентов решение сейма. Требование же Екатерины об уравнении православных в Польше в гражданских правах с католиками католическим большинством сейма категорически отвергалось. Диссиденты, чувствуя за спиной поддержку России и Пруссии, пошли по традиционному для Польши пути — создания конфедераций: в марте 1767 г. были образованы диссидентские конфедерации в Торне и Слуцке. Осенью того же года русские войска подступили к Варшаве, и состоявшийся в феврале 1768 г. сейм под давлением России согласился на требования диссидентов. Им было предоставлено право открытия своих церквей, школ, кладбищ, типографий, свободного издания богослужебных книг, занятия любых, в том числе и самых высших должностей (только король и королева обязаны были принадлежать к католической церкви, которая признавалась господствующей), разрешены были и браки между представителями разных христианских конфессий.

Однако уравнение диссидентов в правах с католиками привело к гражданской войне, так как теперь уже католики не смирились с таким решением и тут же образовали свою конфедерацию в Баре, начав военные действия против короля и правительства. Барская конфедерация получила поддержку во многих районах Польши, и польский сенат 27 марта 1768 г. обратился к Екатерине за помощью. Потерпев поражение в северных районах (Люблин, Гнезно), конфедераты отошли в Подолию, а после взятия русскими войсками Бара и Бердичева сосредоточились в районе Санока и Кракова. Но Краков в августе того же года был у них отбит, и русские войска продолжили наступление на юге Польши.

Этими событиями не преминул воспользоваться традиционный враг России на Юге — Османская империя. Появление русских войск в Подолии, которая всегда была предметом претензий Турции, вызвало у нее весьма болезненную реакцию. Французская дипломатия, со своей стороны, делала все возможное, чтобы подтолкнуть Турцию к войне с Россией, а конфедераты прямо обратились к Турции за помощью. В результате султан выступил в странной для него роли поборника католицизма, потребовав 25 сентября 1768 г. от русского посла А.М. Обрескова гарантий отмены постановлений польского сейма по диссидентскому вопросу, и, получив, отказ, арестовал посла, что означало объявление войны. Но Екатерину перспектива войны вовсе не страшила, она была абсолютно уверена в силе своей армии и имела к тому все основания: в это время ни одна из европейских стран не имела такого эффективного военного инструмента. Русская армия, оснащенная самой передовой для того времени артиллерией и вооружением, была велика численно и имела победоносный опыт боев с лучшими армиями Европы. К тому же было очевидно, что война с Турцией в ближайшие годы в любом случае была неизбежна.

Екатерина решила максимально опереться на возможную помощь христианских народов Балкан и Закавказья. К грузинским правителям было отправлено посольство, и по достижении соглашения о совместных действиях против турок, в Грузию был послан корпус ген. Тотлебена. Русские эмиссары с целью поднять восстание против Турции направились и на Балканы, а в Средиземное море для поддержки восстания вышла эскадра Г.А. Спиридова а затем и контр-адмирала Эльфинстона (всего 10 линейных кораблей, 3 фрегата и вспомогательные суда). В Азове и Таганроге были начаты работы по их укреплению, там же было приказано начать постройку флота для Черного и Азовского морей. Основным театром военных действий должны были стать Молдавия и Валахия, в непосредственной близости к которым уже находились русские войска, преследовавшие польских конфедератов.

В начале 1769 г. крымские татары совершили два набега на русскую (а заодно и на польскую) территорию и вернулись в Крым. Одна из двух русских армий, сосредоточенная в районе Киева, во главе с князем А.М. Голицыным в апреле того же года выступила в поход на Хотин, вторая — П.А. Румянцева (на Днепре ниже Кременчуга) должна была прикрывать ее действия. Военные действия Голицыном велись довольно вяло, но все-таки 10 сентября 1769 был взят Хотин, а 26 сентября — Яссы. На Кавказе в это время корпус генерал-майора Медема двинулся к Кабарде, и после ряда столкновений Кабарда присягнула на подданство России, тогда же в русское подданство перешли и осетины (ранее уже просившие об этом). Тотлебен со своими войсками вступил в Грузию и, овладев Кутаисом, очистил от турок всю Имеретию.

В кампании 1770 г. 1-й армией командовал П.А. Румянцев, а 2-й — П.И. Панин. Весной главные силы турок сосредоточились у Исакчи на Дунае, и начали переправу. Румянцев с 40 тыс. человек двинулся им навстречу, 17 июня разбив у Рябой Могилы на левом берегу Прута турецко-татарское войско. Продвигаясь далее, он 7 июля разбил новую турецко-татарскую 80-тысячную армию у впадении р. Ларги в Прут (татары после этого бежали на юго-восток, а турки отошли на юг). Выдвинув отдельный отряд в 10 тыс. человек против оправившихся от поражения татар, которые обходили его армию с востока, Румянцев, имея около 28 тысяч солдат, пошел навстречу главным силам турок (150 тыс. человек) и, встретив их у р. Кагул, 20 июля стремительно атаковал. Победа была полной: потеряв около 20 тыс. человек, турки бежали, бросив артиллерию и обозы, к Дунаю (через два дня они были настигнуты при переправе и вновь понесли большие потери). Русские войска взяли Измаил, Аккерман и Килию, а осенью — Браилов и Бендеры. На Средиземном море летом того же года развернулись действия русского флота. Восстание, поднятое греками в Морее, туркам удалось подавить. Но 24 июня после боя у входа в Хиосский пролив турецкий флот был загнан в Чесменскую бухту, где 26 июня полностью уничтожен. На Северном Кавказе в это время шли постоянные бои с татарами, черкесами и чеченцами; вышла из войны и приняла российское подданство Ногайская орда.

Победы этого года привели к тому, что Австрия, ревниво следившая за русскими успехами, обеспокоилась и предложила посредничество в переговорах, которые начались весной 1772 г. Между тем, в 1771 г. войска князя В.М. Долгорукова пошли к Крыму, и 14 июня взяли штурмом Перекоп, отбросив 60-тысячное татарско-турецкое войско во главе с ханом Селим-Гиреем, а затем заняли Кафу, Керчь и Еникале. 27 июля новый хан Сагиб-Гирей подписал договор о вечной дружбе с Россией. Россия на переговорах потребовала от Турции признания независимости Крыма, предоставление независимости Молдавии и Валахии и свободу русского мореплавания на Черном море, и передачу России одного из островов Эгейского моря. Австрия (крайне недовольная такими требованиями) и Пруссия предлагали России свои условия мира с турками, стремясь увязать его с решением польского вопроса. Австрия настаивала, чтобы России отошел только Азов с округом и Большая и Малая Кабарда. Пруссия, склонная признать независимость Крыма, предлагала за возврат Турции Молдавии и Валахии уступить России большую часть Польши.

Раздел Польши фактически начался уже в 1770 г., когда Австрия при одобрении Пруссии захватила ряд польских областей. Екатерина II, поставленная перед этим фактом (к тому же вызвавшем сближение Австрии и Пруссии), наконец дала и свое согласие на раздел. После ряда переговоров трех держав в 1772 г. было установлено, что Австрии отходит Галиция, Пруссии — Поморье и часть Великой Польши, а Россия возвращает себе часть земель Киевской Руси — Восточную Белоруссию с границей по Западной Двине, Друти и Днепру.

В мае 1772 г. было заключено перемирие, а 27 июля открылся конгресс в Фокшанах, тут же зашедший в тупик. 29 октября в Бухаресте открылся новый конгресс, а перемирие продлено до марта 1773 г., но в марте Турция прервала переговоры. Позиции России на переговорах с Турцией к этому времени были ослаблены начавшейся в 1771 г. сильной эпидемией чумы, нанесшей большой ущерб армии и докатившейся до Москвы. В Польше все еще продолжались бои с отрядами конфедератов, избегавших решительного сражения. Но еще более осложнил положение России разразившийся в это время на Урале и в Поволжье Пугачевский бунт.

Донской казак Е.И. Пугачев, дослужившийся до чина хорунжего, но бежавший со службы и разыскивавшийся с 1770 г. за бунтарство, бежав весной 1773 г. из казанской тюрьмы, объявил себя «государем Петром Федоровичем» и объединил вокруг себя наиболее беспокойную часть казачества. Его отряд быстро увеличивался и достигнув примерно 2 тыс. человек, после неудачного штурма Яицкой крепости, двинулся вверх по реке взяв несколько крепостей, а затем осадил Оренбург. К Пугачеву присоединилось множество башкир, калмыков и татар во главе со своими предводителями. Усилившись он дважды разбил посланные для деблокады Оренбурга отряды генерала Кара и полковника Чернышева. В декабре 1773 — январе 1774 г. пугачевцы штурмовали Уфу. Еще один очаг восстания возник на Среднем Урале. Пугачевские банды действовали от Самары на западе до Тобола на востоке и от Гурьева на юге до Кунгура и Екатеринбурга на севере. Это потребовало выделения против них значительных военных сил, которые нанесли пугачевцам весной 1774 г. ряд поражений, после чего Пугачев с небольшим казачьим отрядом ушел на Урал. Здесь он вновь довел число своих сторонников до 10 тыс. человек. В мае под Троицкой крепостью Пугачев был наголову разбит генералом Деколонгом, но уже через месяц восстановил свои силы. В июле во главе 20 тыс. человек Пугачев ворвался в Казань, но кремля взять не смог и был разгромлен подошедшим отрядом генерала И.И. Михельсона, после чего с 400 казаками бежал на правый берег Волги. Здесь при помощи манифестов от имени Петра III Пугачеву удалось привлечь на свою сторону значительные массы крестьянства, и восстание вспыхнуло с новой силой. В ходе него было истреблено более 3 тыс. дворян и чиновников. От р. Суры Пугачев повернул на юг, решив идти на Дон. По пути он захватывал Алатырь, Саранск, Пензу, Петровск, Саратов, Камышин, но за ним неотступно следовал со своими войсками Михельсон, наконец настигший и разгромивший пугачевцев 24 августа у Черного Яра. Пугачев с двумя сотнями казаков бежал, но вскоре был схвачен частью своих сообщников и выдан властям (в январе 1775 г. казнен в Москве).

После провала мирных переговоров с Турцией армия П.А. Румянцева была послана на правый берег Дуная для наступления на Шумлу, но в виду опасности потери сообщений Румянцев вынужден был вернуться в исходное положение. Не принесла успеха и осенняя кампания 1773 г. На Кавказе калмыцкий хан, поссорившись с генералом Медемом, увел своих людей на Волгу, а в январе 1772 г. и в Зауральские степи. К концу 1773 г. на Кубани появился 10-тысячный турецкий корпус и занял Тамань, в марте 1774 г. под началом Девлет-Гирея он двинулся к русской границе, но был разбит отрядом подполковника Бухвостова. Летом остатки турок были рассеяны генералом Медемом на р. Чегем. Между тем положение России осложнилось еще и переворотом в Швеции, приведшим к усилению королевской власти и создававшим опасность русско-шведской войны. В июне 1774 г. русские войска вновь пересекли Дунай и нанесли туркам несколько поражений. Наиболее крупным из них было сражение при Козлуджи 9 июня, в котором дивизия А.В. Суворова (около 8 тыс. человек) потеряв убитыми всего 75 человек, разгромила 40-тысячную турецкую армию.

После этого Турция была вынуждена пойти на переговоры, и 10 июля 1774 г. в д. Кючук-Кайнарджи был подписан мирный договор, завершивший эту тяжелую войну. По условиям договора Крымское ханство признавалось независимым от Турции. Россия приобретала право свободного торгового плавания в Черном и Мраморном морях, и в виде контрибуции должна была получить 4,5 млн. руб. От Молдавии и Валахии России пришлось отказаться, но положение христианских подданных Турции, право покровительства которым было признано за Россией, было несколько облегчено (Грузия, в частности, освобождалась от дани туркам юношами и девушками). Но главным результатом войны было то, что Россия впервые становилась твердой ногой на Черном море. К ней переходили крепости Керчь, Еникале и Кинбурн вместе со степной полосой между Бугом и Днепром. На Кавказе во владении России переходила Кабарда. После войны влияние России на международное положение в Европе еще более возросло. Ни один вопрос европейской политики не мог быть отныне решен без участия Екатерины II. Она теперь могла себе позволить ни с кем не считаться и не нуждалась больше в поиске союзников. Напротив, другие державы искали ее дружбы и содействия. Когда в 1778 г. Австрия и Пруссия начали войну из-за Баварии, одного твердого слова русской императрицы оказалось достаточно, чтобы в 1779 г. прекратить ее. В 1780 г. между Екатериной и австрийским императором Иосифом II было достигнуто соглашение о взаимной помощи против Турции и о поддержании статус-кво в Польше (на скорейшем разделе которой настаивал Фридрих II).

Екатерина не только не стремилась больше к договоренностям с Англией, но открыто заняла враждебную ей позицию. В 1775 г. она отказалась послать свои войска на помощь Англии против ее восставших колоний в Северной Америке (Англия просила 20 тыс. солдат), а через 5 лет даже организовала общеевропейское противодействие Англии на морях, обнародовав «Декларацию вооруженного нейтралитета» (предполагавшую вооруженное сопротивление попыткам английских кораблей производить досмотр судов нейтральных стран). К этой декларации, сделавшей невозможной блокаду Североамериканских штатов, сразу же присоединились Австрия, Пруссия, Голландия, Швеция и Дания, ее признали также воевавшие против Англии Франция и Испания.

Результаты турецкой войны позволили России начать освоение Новороссии (как стали именовать западное Причерноморье), в 1776 был основан Екатеринослав, в 1778 г. — Херсон. Но необходимо было окончательно решать вопрос с Крымом, поскольку его независимость от Турции, конечно, оставалась лишь декларативной, и в любой момент крымские татары могли вновь угрожать осваиваемым территориям. Чтобы подорвать экономический потенциал ханства в 1778 г. около 30 тыс. греков и армян, которые составляли значительную часть экономически активного населения Крыма, были при содействии России переселены в ее южные губернии. В следующем году в обмен на закрепление за Турцией территории между Бугом и Днестром, Османская империя признала ханом русского ставленника Шагин-Гирея. Однако она продолжала интриги в Крыму, одновременно захватив с помощью ногаев владения Крымского ханства на Кубани. В 1782 г. в результате инспирированного турками мятежа в Крыму Шагин-Гирей был вынужден бежать в русскую крепость Еникале.

Это ускорило развязку. Шагин-Гирей отрекся от престола, и Екатерина опубликовала манифест о присоединении Крыма к России. Действовавшие в пользу Турции ногайские мурзы на Кубани были разгромлены. Таким образом к России отходила и территория к северу от Кубани (входившая ранее в состав ханства). Этим была, наконец, окончена многовековая борьба России с крымской опасностью. Плодороднейшие земли Юга, которые в течение многих столетий не могли быть освоены из-за опасности татарских набегов, стали активно заселяться и осваиваться. Значение этого было особенно велико потому, что основные русские земледельческие территории в Нечерноземье оставались зоной рискованного земледелия и едва способны были прокормить страну, в перспективе обрекая ее на стагнацию в качестве примитивного аграрного социума, так как не позволяли высвободить для нужд других отраслей экономики свободные рабочие руки. Россия получила теперь и возможность создать полноценный военный флот на Черном море, центром базирования которого стал Севастополь. На Северном Кавказе территории, прилегающие к Кавказской линии также стали заселяться русскими переселенцами. В 1783 гг. кавказский генерал-губернатор граф П.С. Потемкин нанес сильное поражение чеченцам за Сунжей, а в 1785 г. под Моздоком были разбиты крупные силы горцев под водительством Шейх-Мансура.

Решительно были потеснены интересы Османской империи и в Закавказье. 27 июля 1783 г. в Георгиевске был заключен трактат, по которому правитель Восточной Грузии (Картли и Кахетии) признавал себя в подданстве России. Этим создавался плацдарм русского владычества в крае, позволявший угрожать турецким владениям на Кавказском побережье Черного моря, хотя подобное же соглашение с Имеретией пришлось пока отложить. В 1784 г. Россия добилась соглашения, по которому султан отказался от права произвольно смещать господарей оставшихся от него в вассальной зависимости Молдавии и Валахии.

Поскольку Турция все это время не переставала помышлять о реванше, новая война была неизбежной. К ней Турцию подталкивали и Англия, не простившая России занятой ею позиции в войне с Североамериканскими штатами, и Пруссия, надеявшаяся, пользуясь отвлечением внимания России на юг, единолично захватить новые территории в Польше, и Франция, продолжавшая свою традиционную протурецкую и антирусскую политику. Екатерина, понимая неизбежность войны, предпочла бы все-таки оттянуть ее, но Турция не оставила ей выбора. Летом 1787 г. она потребовала признать ее власть над Грузией и допустить в Крым турецких консулов, а 15 августа русский посол был поставлен перед ультиматумом немедленно вернуть Крым и после отказа арестован. Так началась вторая война с Турцией при Екатерине II.

Не прошло и недели, как 21 августа 1787 г. турецкий флот напал на русские корабли у Кинбурна. В сентябре и октябре под крепостью были высажены турецкие десанты, но оба они были полностью истреблены гарнизоном крепости, возглавляемым А.В. Суворовым. Общее руководство всеми вооруженными силами против Турции было вверено Г.А. Потемкину. Основные силы были сосредоточены против сильной турецкой крепости Очаков. Против Очакова было сосредоточены силы Черноморского флота и 132 тыс. солдат сухопутной армии. В Очакове находились и главные силы турецкого флота (около 100 кораблей). В 1788 г. адмирал Ф.Ф. Ушаков разгромил турецкий флот у о. Змеиного, а позже была уничтожена с большими для турок потерями и их гребная флотилия в Днепровско-Бугском лимане. В декабре того же года Очаков был взят штурмом. В Молдавии, на второстепенном участке фронта, действовала армия П.А. Румянцева, которая в том же году взяла Хотин. На Кубани после нескольких побед над горцами, осенью 1788 г. была предпринята попытка взять Анапу. Еще одна такая попытка, предпринятая генерал-поручиком Ю.Б. Бибиковым весной следующего года окончилась неудачей, сопровождавшейся большими потерями.

Между тем английская дипломатия предприняла усилия по сколачиванию против России союза на Севере Европы. Весной 1788 г. она запретила России наем английских моряков и судов, а также закупки продовольствия, а летом создала антироссийский союз с участием Пруссии и Голландии. Более того, она побудила Швецию (реваншистские настроения в которой после переворота и упрочения власти Густава III усилились) вступить в войну с Россией, предъявив требование вернуть все завоевания Петра Великого, а Турции — Крым. В июне 1788 г. шведы осадили Нейшлот и Фридрихсгам, а шведский флот вошел в Финский залив. Против Швеции вступила Дания, но, неудачно осадив Гетеборг, вынуждена была прекратить войну. В июле 1788 г. у о. Гогланд шведский флот потерпел поражение, а в 1789 г. русские войска начали наступление в Финляндии. Произошло также четыре морских сражений, три из которых были выиграны русским флотом (в том числе у Роченсальма и Красной Горки).

Войну с Турцией России с января 1788 г. вела в союзе с Австрией, войска которой располагались кордоном от Адриатического моря до р. Серет; из них 17–18-тысячный корпус принца Кобургского находился на стыке с русскими войсками — 10-тысячной дивизией А.В. Суворова. Турки, летом 1789 г. пытавшиеся прорваться между ними, 21 июля были разбиты Суворовым у Фокшан, но начали новое наступление: от Измаила на север и от Браилова на Фокшаны. Корпус князя Н.В. Репнина 8 сентября на р. Сальча отбросил измаильскую группу, но главные силы турок (около 90 тыс. человек при 83 орудиях) нацелились на корпус принца Кобургского, на помощь которому выступил Суворов, имея всего 7 тыс. человек. 11 сентября на р. Рымник Суворов одержал одну из самых блистательных своих побед, потеряв 45 человек убитыми и 133 ранеными (общие потери союзников около 500 человек). Турецкая армия была полностью разгромлена, потеряв убитыми в первый день до 10 тыс. человек и еще около 7 тысяч на следующий день при преследовании. Кампания 1789 г. завершилась взятием русскими войсками Бендер, Аккермана и Гаджибея и выходом их на позиции между Днестром и Серетом и к низовьям Дуная.

Эти успехи, однако, вызвали новую активизацию дипломатических усилий враждебных России Англии и Пруссии. Совместный нажим этих держав с угрозой объявления войны заставил Австрию выйти из войны с Турцией. Пользуясь тем, что основные войска России были отвлечены на Юге, Пруссия инспирировала резкое усиление антирусских сил в Польше, и вынудила Россию в 1789 г. вывести из Польши остававшиеся там войска, а сама заключила с Польшей союзный договор. Однако в августе 1790 г. в виду явного преимущества русских войск Швеция была вынуждена пойти на заключение мира с Россией (на условиях восстановления довоенного положения), что ослабило напряженность на Севере.

В кампанию 1790 г. русский флот под началом Ф.Ф. Ушакова одержал ряд новых побед над турками, осенью русские войска во взаимодействии с гребной флотилией на Дунае овладели крепостями Килия, Тульча и Исакча, а 21 ноября начали осаду Измаила — главного оплота турок на нижнем Дунае. 11 декабря А.В. Суворов, имея 31 тыс. человек, предпринял решительный штурм Измаила, обороняемого 35-тысячным гарнизоном. Потеряв убитыми около 2 тыс. человек, русская армия взяла крепость, истребив там 26 тыс. турок и пленив остальных. На Кубани войска Кубанского корпуса 30 сентября 1790 г. разгромили 50-тысячную турецкую армию Батал-паши.

Такой исход кампании 1790 г. не остановил, однако решимости Англии воспрепятствовать успешному для России окончанию войны с Турцией. Английский премьер У. Питт предпринял усилия по созданию широкой антирусской коалиции в составе Англии, Турции, Пруссии, Дании, Швеции и Польши. От России требовалось отказаться от захваченного Очакова и принять английское посредничество на переговорах с Турцией. В виду предполагаемой войны с Англией Екатерина довела Балтийский флот до 32 линейных кораблей и начала переброску части войск на западное направление. Однако антироссийские усилия Питта показались чрезмерными даже для влиятельных кругов в самой Англии. Премьеру пришлось обнаружить, что идея прямого столкновения с самой победоносной в Европе армией и перспективы утраты выгод от российской торговли отнюдь не популярны в стране. Англия оказалась не готова воевать, и англо-прусско-голландский союз развалился. Между тем начавшаяся кампания 1791 г. принесла русским войскам новые успехи на Дунае, а на Кавказе в июне был взят штурмом главный оплот турок на Кубани — Анапа. В июле 1791 г. главнокомандующий князь Н.В. Репнин в Галаце заключил перемирие с турками, за которым последовали переговоры в Яссах, где 23 декабря и был заключен завершивший войну мир.

По Ясскому миру за Россией закреплялись Очаков и все земли Причерноморья до Днестра. Валахия и Молдавия с Бессарабией оставались у Турции. Турция должна была компенсировать России понесенный ущерб от нападений на русские пределы подвластных ей племен на Северном Кавказе и не допускать нападений на Восточную Грузию, но признать ее в подданстве России не соглашалась.

В ходе событий конца 80-х годов XVIII в. Россия, благодаря беспримерным победам русских войск, с честью вышла из тяжелейшего положения, в которое была поставлена созданным английскими интригами дипломатическим объединением против нее половины Европы в условиях одновременной войны со своими традиционными противниками на Севере и на Юге. А начавшиеся во Франции революционные события вновь резко изменили международные отношения в Европе, поставив Россию на ведущее в них место.

Французская революция 1789 г. радикально изменила положение Франции в Европе. Пережив внутренние потрясения, Франция не вела больше своей традиционной политики, сплочения против России сопредельных ей государств. Висевшая на волоске французская монархия сама нуждалась в поддержке великих держав, причем монархические круги свои надежды связывали прежде всего именно с Россией. Екатерина II даже выступила в качестве посредника в деле сплочения и примирения различных группировок французских монархистов и оказала им значительную финансовую поддержку. Она же возглавила демарш европейских держав, требовавших освобождения революционерами короля Людовика XVI. На русскую службу был принят корпус французских эмигрантов во главе с принцем Конде в несколько тысяч человек. Более того, Россия возглавила общеевропейскую коалицию против революционной Франции в составе Австрии, Швеции, Пруссии, Испании, Сардинского и Неаполитанского королевств (фактически одна Англия осталась за ее пределами, гарантировав свой нейтралитет). Только внезапная почти одновременная смерть в начале 1792 г. императора Леопольда II и шведского короля Густава III помешала выступлению. Однако Франция вскоре сама объявила войну Австрии и Пруссии, в ходе которой 20 сентября 1792 г. французы разгромили австро-прусские войска при Вальми.

После казни в январе 1793 г. Людовика XVI Россия порвала с Францией дипломатические отношения, выслав из страны всех сторонников республики. Необходимость борьбы с революционным режимом Франции вызвала русско-английское сближение, и 25 марта 1793 г. было заключено соответствующее соглашение. Россия присоединилась к морской блокаде Франции, выслав свои корабли на помощь английскому флоту. В конце 1795 г. между Россией, Англией и Австрией был заключен антифранцузский военный союз, и 60-тысячный русский корпус был готов выступить в поход. Но этому помешала смерть Екатерины II.

Надежно укрепив свои позиции на Черном море, Россия могла теперь вплотную заняться реализацией своей основной задачи на Западе — воссоединения русских территорий, попавших после монгольского нашествия под власть Литвы и Польши. К этому времени русское влияние в Польше усилиями Пруссии сильно ослабело. Поддерживаемая Пруссией Польша (откуда уже были выведены русские войска и ликвидированы русские продовольственные склады) даже не разрешила проход русских войск на театр военных действий с Турцией. При заключении в 1790 г. союзного антирусского договора с Пруссией были отвергнуты и российские гарантии государственного строя Польши. Напротив, в 1791 г. сейм принял новую конституцию, упразднившую принцип «liberum veto».

Однако изменение ситуации в Европе в связи с французской революцией вновь сблизило Россию с Пруссией, и летом 1792 г. между ними был подписан союзный договор, а в январе следующего 1793 г. — и соглашение о новом разделе Польши. По этому договору Пруссия опять приобретала собственно польские территории — часть Великой Польши, Данциг и Торунь, а Россия возвращала Белоруссию и Правобережную Украину. В ответ на это весной 1794 г. в Польше началось восстание, возглавленное Т. Костюшко. Русские войска во главе с А.В. Суворовым разгромили мятежников и штурмом взяли Варшаву. После этого с польской государственностью решено было окончательно покончить. В следующем, 1795 г. был предпринят третий и последний раздел Польши, в ходе которого Россия, наконец, практически полностью выполнила свою многовековую задачу на Западе. Теперь она возвратила Западную Белоруссию и Волынь, в состав России также вошла Литва и уже почти столетие находившаяся в сфере русского влияния Курляндия. Собственно польские северные земли, включая Варшаву, отошли к Пруссии, а южные, включая Краков, — к Австрии. Из наследия Киевской Руси за пределами России осталась только отошедшая к Австрии Галиция. Таким образом, незадолго до смерти Екатерина II завершила великое дело собирания западных русских земель.

На Кавказе, после жестокого разгрома персидским шахом Ага-Мохаммедом в 1795 г. Грузии (что было прямым оскорблением и вызовом принявшей ее под свое покровительство России) Екатерина начала войну с Ираном. Русский корпус под командованием генерал-поручика графа П.А. Зубова сосредоточился в Кизляре и в апреле 1796 г. выступил в поход по Каспийскому побережью. 10 мая был штурмом взят Дербент, почти одновременно с этим отряд генерал-майора Рахманова занял Баку, а отряд генерал-майора Булгакова — Кубинское ханство. Дагестанские владетели поспешили в русский лагерь с изъявлением покорности. Затем русские войска овладели Шемахой, а вскоре также Шекинским и Карабахским ханствами. 3-тысячный отряд генерала Корсакова отправленный на помощь грузинскому царю Ираклию, по пути покорил 13 декабря Ганжийское ханство. Зубов с главными силами дошел до Муганской степи. В итоге были покорены Казикумыкское, Дербентское, Бакинское, Кубинское, Ширванское, Карабахское, Шекинское и Ганжийское ханства, дорога на Тегеран была открыта, русские посты достигли Гиляна. Но со смертью Екатерины победоносный поход был внезапно прерван и в начале декабря войска были отозваны за Терек, очистив все завоеванные территории.

6 ноября 1796 г. Екатерина II скончалась, и на престол вступил ее сын Павел I. Подобно своему отцу, он был ярым поклонником Пруссии и лично Фридриха II. Пропрусские симпатии, а равно неприязнь к матери, державшей его вдали от государственных дел, подпитывались в нем и его воспитателем — графом Н.И. Паниным. Вступив на престол в 42 года, а до того вынужденный довольствоваться устроенной на прусский манер собственной миниатюрной армией в Гатчине, он питал ненависть ко всем мероприятиям и установлениям Екатерины, и стремился уничтожить ее наследие; опале подверглись полководцы и государственные деятели, созидавшие величие России при Екатерине. Во внешней политике была принята пропрусская ориентация, однако международная ситуация в Европе к тому времени была такова, что диктовала продолжение Россией прежнего курса по отношению к Франции.

Мир, заключенный в 1797 г. между Францией и ее противниками по 1-й коалиции (1793 г.) не удовлетворил ни одну из сторон и не изменил ситуацию в Европе. Захват Францией в 1797 г. Ионических островов непосредственно затрагивал интересы России, так как создавал предпосылки к усилению антирусского влияния на Турцию, а египетская экспедиция Наполеона 1798 г. грозила поставить Турцию под полный контроль Франции и утвердить господство Франции на Средиземном море. Уже в 1798 г. против Франции сформировалась 2-я коалиция в составе России, Англии и Австрии, к которой примкнули Турция и Неаполитанское королевство. К этому времени в руках французов находилась вся Италия к западу и югу от р. Адидже и все земли к западу от Рейна.

Россия выставила для войны 75 тыс. русских войск и 7-тысячный корпус французских эмигрантов принца Конде, которые по частям разновременно прибывали в 1798–1799 гг. на театр военных действий. Русский флот под командованием Ф.Ф. Ушакова осенью 1798 г. через Босфор и Дарданеллы вошел в Средиземное море, а затем в Адриатическое, где были очищены от французов Ионические острова. Выдающимся его достижением был штурм защищенного сильной крепостью о. Корфу, где находилась главная база французов. В следующем 1799 г. десанты Ушакова очистили от французов Неаполь и Рим. В Голландию в июле — августе 1799 г. было направлено 17 тыс. человек под началом генерала И.И. Германа.

Главнокомандующим союзными австро-русскими войсками в Италии был назначен А.В. Суворов, прибывший туда 4 апреля 1799 г. Уже 16 апреля он разгромил французов на р. Адда и на следующий день занял Милан. Затем в трехдневном сражении 6–8 июня на р. Треббия он вновь нанес французам чувствительное поражение (они потеряли 3 тыс. убитыми и 12 тыс. пленными). После этого Суворов рассчитывал окончательно изгнать французов из Италии и через Лион идти на Париж. Тут, однако, выявилось различие представлений России и Австрии относительно целей войны. Суворов, выполняя инструкции Павла, намеревался восстановить в Пьемонте королевскую власть, тогда как Австрия рассматривала Италию как завоеванную страну и изгнание оттуда французов находила вполне достаточным. 4 августа при Нови Суворов еще раз разгромил французскую армию, отступившую с большими потерями, но дальнейшее наступление в Генуэзскую Ривьеру императором Францем I не было ему разрешено.

В соответствии с новым планом войны русские войска должны были заменить в Швейцарии австрийцев (которые перемещались на Рейн с целью наступления в Бельгию.). После ухода из Швейцарии основных сил австрийцев, там оставался 24-тысячный русский корпус А.М. Римского-Корсакова и 22 тыс. австрийцев генерала Готце против 84,5 тыс. французов генерала Массены. 31 августа Суворов выступил на соединение с ними, начав свой легендарный Швейцарский поход через заснеженные Альпы в невероятно трудных условиях. Сбив 13 и 14 сентября французские войска на Сен-Готардском перевале и у Чертова Моста, он вышел к Люцернскому озеру. Но войска Римского-Корсакова и Готце 14–15 сентября были разбиты французами под Цюрихом и отошли за Рейн, и Суворов со своими утомленными войсками и минимум боеприпасов и продовольствия оказался в критическом положении. Тем не менее, 19–20 сентября Суворов отбросил французов к Неффельсу и, выйдя из окружения, двинулся к перевалу Паникс, перейдя который, спустился в долину Переднего Рейна, а в октябре отвел войска в Баварию. К этому времени разногласия между Павлом I и Францем I обострились до такой степени, что Россия вышла из антифранцузской коалиции.

Более того, после захвата Англией Мальты Павел, принявший звание магистра Мальтийского ордена, резко изменил курс и, заключив союз с Францией, объявил войну Англии, приказав Донскому казачьему войску в полном составе двигаться через Среднюю Азию на Индию (этот безумный поход был остановлен после смерти Павла). Преобразования в армии по прусскому образцу, жесточайший режим личной власти, мелочная регламентация всех сторон жизни, бесконечные придирки и неуравновешенность Павла вызвали широкое недовольство, вылившееся в заговор в гвардейской среде, возглавленный двумя крупнейшими государственными деятелями: графом П.А. Паленом и графом Н.И. Паниным. Вечером 11 марта 1801 г. Павел был убит и на престол вступил его старший сын Александр I.

Период 1762 — 1800 гг. стал для Российской империи в геополитическом плане наиболее успешным за всю ее историю. В это время и на Юге, и на Западе были выполнены основные исторические задачи, обеспечившие ее статус как мировой державы. На Юге она обеспечила себе выход к Черному морю, сделала возможным освоение огромного массива исключительно плодородных земель (не только новоприобретенных, но находившихся в постоянной опасности ранее ей принадлежавших), на Северном Кавказе обустроила оборонительную линию по Кубани и Тереку и создала плацдарм в Закавказье. Только теперь произошел решительный перелом в соотношении сил с историческим врагом России на Юге — Османской империей. Лишь смерть Екатерины не позволила возвратить петровское наследие на Каспии. В Сибири была присоединена территория в верховьях Оби южнее Бийска, где в 1763 г. была заложена Усть-Бухтарминская. В 1768–1769 гг. была предпринята экспедиция П.К. Креницына и М.Д. Левашова для обследования Русской Америки — Аляски; в 1784 г. было основано первое постоянное русское поселение на о. Кадяк, а в 1786 г. русские поселения были созданы и на самом материке. На Западе в лоно российской государственности были возвращены почти все земли Киевской Руси — густонаселенные и стратегически важные территории, обеспечившие России возможность непосредственно влиять на ситуацию в Европе и сделавшие досягаемыми для русского оружия почти все континентальные государства. Это обусловило первенствующую роль России в международных делах к концу XVIII столетия. Основное было сделано. Оставалось только оберегать достигнутое положение от попыток реванша со стороны конкурентов империи на международной арене и обеспечить ей безопасные границы на Юге и Востоке.

При вступлении на престол Екатерины II в рамках известной тенденции (проявившейся впервые при воцарении Анны Иоанновны) была сделана попытка ограничить императорскую власть. Согласно проекту воспитателя наследника Н.И. Панина законодательные функции предполагалось передать Императорскому совету, без согласия которого не мог быть принят ни один закон. Однако Екатериной проект был отвергнут, и созданный в 1768 г. Совет при высочайшем дворе представлял собой лишь совещание высших военных и гражданских лиц в интересах ведения начавшейся турецкой войны, то есть имел не большее значение, чем елизаветинская «Конференция». Совет при высочайшем дворе не был упразднен после завершения первой турецкой войны и продолжил функционирование в качестве высшего совещательного органа при монархе, его значение в 70–80-х годах даже несколько возросло, в отдельные периоды он собирался довольно часто (например, с конца 1773 по начало 1775 гг. — более 50 раз); при Павле I он сохранился, но значение его снизилось.

Функции личной канцелярии при Екатерине продолжал выполнять Кабинет, в ведении которого находилось также личное имущество императрицы и Эрмитаж (созданный как собрание императорских коллекций). Новым явлением при ней стало появление с 1763 г. должностей статс-секретарей. Статс-секретари ведали как принятием прошений на имя императрицы, так и вообще всеми делами, решение которых требовало личного участия монарха (первыми статс-секретарями стали Г.Н. Теплов и И.П. Елагин, затем наиболее видными фигурами на этих должностях были А.В. Олсуфьев и А.В. Храповицкий). При Павле структура и функции личной канцелярии окончательно установились.

Высшим исполнительным органом оставался Сенат, а его глава — генерал-прокурор (имевший право ежедневного доклада императрице) занимал при Екатерине исключительное положение как лицо, на которое реально замыкались и президенты коллегий, и губернаторы (долгое время им был князь А.А. Вяземский). В декабре 1763 г. он был разделен на 6 департаментов, из которых два находились в Москве (заменив имевшуюся там Сенатскую контору). Первый департамент («государственных и политических дел») возглавлялся непосредственно генерал-прокурором и ведал обнародованием законов, финансами, экономикой, государственными имуществами; в его подчинении находились Тайная экспедиция (в 1762 г. заменившая Тайную розыскных дел канцелярию) и Канцелярия конфискаций. Второй ведал вопросами правосудия, межевания, а также рассматривал прошения на Высочайшее имя. Третий — путями сообщения, образованием, медициной, а также управлением территориями, имевшими особые права (Украина и прибалтийские губернии). Четвертый департамент ведал всеми вооруженными силами. Московские департаменты дублировали функции Первого и Второго департаментов.

Для разработки новых законодательных актов была создана особая Уложенная комиссия, состоявшая из депутатов, избираемых по всей стране от разных социальных групп. Процедура выборов депутатов предусматривала составление письменных наказов от их избирателей, которых в общей сложности было подано около 1,5 тысяч. Депутаты пожизненно освобождались от смертной казни и телесных наказаний за любое преступление, их личная безопасность обеспечивалась двойной карой покушавшемуся. 228 депутатов (40%) представляли дворянство, 208 — города (по 1 депутату от города), 43 — однодворцев, 23 — черносошных крестьян, 45 — казаков, 50 — инородцев Поволжья, Приуралья и Сибири. Открытие Комиссии состоялось в Москве 30 июля 1767 г. Председателем (маршалом) был избран генерал А.И. Бибиков. Большое собрание Комиссии провело до 1769 г. 203 заседания, обсудив множество законодательных инициатив, в том числе законы о положении сословий — дворянства (в том числе о положении остзейского дворянства), купечества, городского населения, государственных крестьян, о городах, об искусствах и ремеслах, о земледелии и домостроительстве, о судоустройстве и др. В рамках работы Уложенной комиссии было создано 15 частных комиссий по отдельным отраслям, которые работали до 1771 г.

Система центральных и местных учреждений в целом не претерпела серьезных изменений до 1775 г., когда в сфере государственного управления были проведены реформы. До этого изменения коснулись только Украины. В 1764–1765 гг. там была упразднена должность гетмана, а также войсковая канцелярия и войсковой суд и восстановлена Малороссийская коллегия (существовала до 1786 г.), а Малороссия была разделена на Слободскую и Новороссийскую губернии. В 1775 г. была ликвидирована и Запорожская Сечь, которая в результате очищения Причерноморья от татар и турок утратила военное значение, зато оставалась потенциальным источником беспорядков (волнения там имели место и в 1768–1769 гг.). Запорожские казаки были переселены на Кубань, где им были предоставлены обширные земли.

Реформа 1775 г., направленная на расширение компетенции местных органов власти, привела к ликвидации большинства коллегий, которых к концу 80-х годов функционировало только три — Иностранных дел, Военная и Адмиралтейская. Общегосударственные функции (сильно сократившиеся) остальных отраслевых коллегий и ряда других центральных учреждений были переданы более мелким учреждениям — экспедициям. Функции Камер-коллегии и Берг-коллегии унаследовала Экспедиция о государственных доходах, Ревизион-коллегии — Экспедиция о свидетельстве счетов, Штатс-конторы — Экспедиция о государственных расходах, Канцелярии конфискаций — Экспедиция о государственных недоимках. Все эти экспедиции находились в ведении Сената, который, помимо них, включал в свой состав еще ряд учреждений: Почтовый департамент, Межевой департамент (до 1794 г. — Межевая экспедиция), Ассигнационный банк, Петербургское и Московское казначейства. Генерал-прокурор фактически совмещал функции всех министров, кроме военного, морского и иностранных дел.

При Павле, стремившимся к предельной децентрализации управления, коллегии были восстановлены с правом их начальников («директор над коллегией») непосредственного доклада императору. Некоторые ведомства были выведены из ведения Сената и во главе с директором превратились в самостоятельные учреждения или были созданы заново (Департамент водяных коммуникаций, Почтовый департамент, Казначейство, Департамент уделов).

Реформа местного управления готовилась весьма основательно: комиссия из специально назначенных высших чиновников за 9 месяцев работы подготовила к 1775 г. документ под названием «Учреждения для управления губерний Всероссийской империи» из 31 главы (три последние главы были утверждены в январе 1780 г.). Система управления, созданная этой екатерининской реформой оказалась настолько эффективной, что просуществовала в целом до 1860-х годов XIX в., а во многих чертах и до 1917 г.

Трехзвенное административно-территориальное деление (губерния-провинция-уезд) было заменено на двухзвенное (губерния-уезд). Если к 1775 г. имелось 23 губернии, 66 провинций и более 250 уездов, то к середине 90-х годов — 50 губерний. При этом были по возможности ликвидированы диспропорции в размерах территориальных единиц. Определение размеров и территории губерний основывалось на возможностях эффективного ею управления. Губерния создавалась исходя из наличия на ее территории от 300 до 400 тыс. ревизских душ, а уезд должен был иметь 20–30 тыс. ревизских душ. Губернии получили наименования по главным городам и в ряде случаев — по историческому наименованию местностей, для каждой из них был утвержден особый герб, повторявший герб губернского города, получили гербы и все уездные города, а также некоторые заштатные.

Столичные губернии и стратегически важные регионы (включавшие 2–3 губернии) возглавляли наместники, наделенные чрезвычайными полномочиями и имевшие право как непосредственного доклада императрице, минуя Сенат, так и участия в работе самого Сената. Наместники имели двух-трех советников, образующих наместническое правление и право руководить войсками, расположенными на территории наместничества. При Павле эти должности были упразднены.

Главой губернии был губернатор, который управлял вверенной ему губернией с помощью губернского правления, бывшего коллегиальным органом и состоявшим из советников. При губернаторах были созданы приказы общественного призрения, состоявшие из заседателей губернских сословных судов. Эти приказы заведовали школами, больницами, богадельнями и сиротскими домами, а также работными домами (куда предписывалось определять бродяг и нищих) и смирительными домами (куда определялись лица, совершившие незначительные правонарушения). Они располагали денежными суммами (как казенными, так и пожертвованными), которыми имели право распоряжаться (пускать в оборот, ссужать) в интересах своей деятельности. При Павле приказы общественного призрения были закрыты.

Финансово-хозяйственным органом в губернии была казенная палата, председателем которой являлся вице-губернатор, в состав ее входили директор экономии, советник, два асессора и казначей. Палата ведала всем хозяйством губернии: переписями податного населения, государственными имуществами (к ним относились казенные предприятия земли и здания, а также леса и воды), налогами, финансовым контролем, винными откупами, продажей соли, надзором за торговлей и промышленностью.

Судебная система в губерниях была представлена целым рядом судов. Основными общесословными судебными органами были палата уголовного суда и палата гражданского суда, каждая из них состояла из председателя, 2 советников и 2 асессоров; весь состав палат назначался Сенатом. Обе палаты являлись апелляционными инстанциями по соответствующим делам, решенным в нижестоящих судах. Особое положение занимал совестный суд, рассматривавший дела несовершеннолетних, душевнобольных, результаты несчастных случаев, а также гражданские тяжбы (между близкими родственниками и иными лицами), которые допускали примирение сторон. В столицах также действовали особые надворные (верхние и нижние) суды, рассматривавшие дела чиновников и разночинцев. Сословные губернские суды (рассматривающие дела в апелляционном порядке) были представлены верхним земским судом (для дворян), губернским магистратом (для купцов и мещан) и верхней расправой (для однодворцев, ямщиков и государственных крестьян). Председатели этих судов назначались Сенатом, а заседатели избирались соответствующими сословиями. В каждой губернии имелся также губернский прокурор с двумя помощниками — стряпчими уголовных и казенных дел. В общей сложности губернский штат состоял из 75 чиновников, до половины которых составляли выборные члены различных судов. При Павле в конце 1796 г. надворные суды и все сословные губернские суды были упразднены, а две судебные палаты были объединены в одну — палату суда и расправы.

Уезд находился в ведении подчиненного губернатору земского исправника (капитан-исправника), а уездный город — городничего. Исправник избирался дворянством соответствующего уезда. Исправник и 2–3 заседателя образовывали нижний земский суд, который вел предварительное следствие по уголовным делам, исполнял приговоры судов и выполнял распоряжения губернской администрации. Уездное казначейство (ведавшее приемом и хранением денежных сборов и выдачей денежных сумм) подчинялось непосредственно губернской казенной палате. Судебная система уезда состояла из сословных судов первой инстанции: уездного суда для дворян, городского магистрата для мещан и нижней расправы для государственных крестьян и однодворцев. При этих судах имелись дворянская опека (уездный предводитель дворянства, уездный судья и заседатели) и сиротский суд (городской голова, городской староста и члены магистрата) — органы, разбиравшие споры по делам опеки (опеке подлежала собственность вдов, несовершеннолетних и лиц, проматывавших состояние в ущерб семье; назначаемые опекуны управляли ею за 5% дохода с этой собственности). Чином прокурорского надзора в уезде был уездный стряпчий, подчиненный губернскому прокурору. Павел I в 1796 г. упразднил нижние расправы, сделав уездный суд общим для всех, кроме горожан. Город по реформе 1775 г. стал самостоятельной административной единицей. Городничий назначался Сенатом из числа местных дворян, но городской магистрат, совестный суд и ратуша в посадах избирались горожанами.

В 1782 г. городская полиция (отделенная от уездной) получила особое оформление по «Уставу благочиния или полицейскому». Полицию столиц возглавлял обер-полицеймейстер, бывший и председателем городской управы благочиния (в ее состав входили 2 пристава — уголовных и гражданских дел и выборные члены — ратманы); управа помимо поддержания порядка проводила предварительное следствие по уголовным делам на сумму не более 20 руб. Управу благочиния губернских городов возглавляя полицеймейстер или обер-комендант. При наличии в городе более 4 тыс. дворов он делился на части (200–700 дворов) во главе с частным приставом, имевшим при себе канцелярию («съезжий дом»). При каждой части имелся избираемый горожанами словесный судья, в упрощенном порядке рассматривавший мелкие тяжбы. Часть делилась на кварталы (50–100 дворов) во главе с квартальным надзирателем, имевшим помощника (квартального поручика). В 1798 г. вместо управ благочиния Павел I ввел ратгаузы (городские правления), совмещавшие административные, хозяйственные и частью судебные функции в составе президента, директора экономии и выборных бюргермейстеров и ратсгеров (выборы которых утверждались императором). С 1799 г. в городах стали создаваться ордонансгаузы — военно-полицейские органы с военным судом и тюрьмой.

Геополитические успехи России во второй половине XVIII в. были обеспечены прежде всего совершенным состоянием ее вооруженных сил. Система рекрутских наборов обеспечивала армии высокопрофессиональный и однородный (набираемый почти исключительно в центральных великорусских губерниях) контингент, поскольку солдатская служба была для него единственным делом всей жизни. Она выгодно отличала русскую армию от армий большинства европейских стран того времени, комплектовавших войска по найму, дававшему большое число деклассированных элементов (бродяг, дезертиров из иностранных армий, преступников и т.д.), и к тому же, в отличие от наемной системы, была устойчивой и не столь чувствительной к финансовому положению государства. Почти все это время служба рекрута была пожизненной, только в 1795 г. она была ограничена 25 годами. В общей сложности с 1767 по 1799 гг. в армию было взято 1241 тыс. рекрутов.

Весь этот период русская армия была самой крупной из европейских. Не считая гвардии, специальных и иррегулярных войск, полевая армия к 1767 г. насчитывала 186 869 человек, к 1786 г. — 275 118, 1795 г. — 318 022, к 1798 г. — 221 272, гарнизонных войск к 1767 г. было 91 412 человек, к 1795 г. — 95 410, к 1798 г. — 94 831. К 1795 г., считая и гвардию, и артиллерию, численность всех полевых и гарнизонных войск составила 463 тыс. (увеличившись за период в 1,7 раза), а с учетом казачьих и иррегулярных — 502 тыс. человек. При Павле численность регулярных войск была сокращена к 1798 г. до 358 тыс. человек. Ландмилиция еще в 1769 г. была расформирована.

Одним из первых мероприятий после воцарения Екатерины II стала военная реформа, для разработки которой в 1762 г. была создана специальная Военная комиссия во главе с фельдмаршалом П.С. Салтыковым, к 1763 г. разработавшая новое штатное расписание. Пехотный полк (общей численностью 2093 человека) состоял из 2 батальонов по 5 мушкетерских и 1 гренадерской роте в каждом. Вооружение пехотинца по-прежнему состояло из ружья со штыком и шпаги. Гренадеры (ранее имевшие на вооружении ручные гранаты) теперь отличались только формой и рассматривались как лучшая часть пехоты. Исключительно удобная военная форма, веденная по инициативе Г.А. Потемкина в 1783–1786 гг. (кожаная каска с суконными лопастями, в мороз завязываемыми на шее, свободная куртка с короткими полами, широкие штаны с кожаными крагами, сапоги с низкими голенищами) намного опередившая свое время, была подлинным прорывом в военном деле.

Пехота при начале екатерининского царствования включала 3 гвардейских, 4 гренадерских и 46 мушкетерских полков (к 1767 г. число последних возросло до 59). В 1765 г. был создан особый егерский корпус — род легкой пехоты, вооруженный нарезными ружьями и обученный действовать в рассыпном строю, который в европейских армиях появился лишь двумя десятилетиями позже. Егерские команды положено было иметь во всех полках, в общей сложности к 1768 г. егерей насчитывалось более 3,5 тыс. человек. К 1767 г. полевая пехота насчитывала 149 303 человек, к 1786 г. — 213 002, к 1795 г. — 251 136, к 1798 г. — 179 216. После 70-х годов гренадеры составляли до 20%, мушкетеры — 55–60%, егеря — 20–25% (только в 1798 г. доля егерей упала до 10%)

Кавалерия в начале 60-х годов была представлена 1 гвардейским, 6 кирасирскими, 20 карабинерными и 8 гусарскими полками. В полку было 5 эскадронов по 2 роты в каждом. Карабинерные полки были преобразованы из драгунских и конно-гренадерских. Этот род тяжелой кавалерии не имел в отличие от кирасиров, шлема и кирас, но был помимо палаша и пистолетов вооружен карабинами. В 70–80-х годах снаряжение карабинеров и кирасиров было облегчено, появились конно-егерские и драгунские полки (эти полки, а также конно-гренадерские были 10-эскадронного состава). При Павле легкие полки, кроме гусарских были упразднены (если в 1786 г. кирасиры составляли 9% кавалерии, карабинеры 34,8, драгуны — 30,2, и легкая кавалерия 27%, то на 1798 г. кирасиры — 34,2%, драгуны — 34,6 и гусары — 31,2%). К 1767 г. полевая кавалерия насчитывала 37 556 человек, к 1786 г. — 62 116, к 1795 г. — 66 896, к 1798 г. — 42 056.

Полевая артиллерия в начале 60-х годов была вооружена в основном «шуваловскими» гаубицами и единорогами (крепостная и осадная отличалась большим разнообразием образцов и калибров и имела огромное число орудий). Каждый пехотный полк имел 4 трехфунтовых орудия, кавалерийский — 2. В полевой артиллерии имелись также 2 канонирских, 2 фузилерных и 1 бомбардирский полки по 10 рот в каждом. В 1794 г. было сформировано 5 конно-артиллерийских рот 14-орудийного состава, а в 1798 г. полевая артиллерия была полностью реорганизована: созданы артиллерийские батальоны (1 гвардейский, 10 пеших, 1 конный и 3 осадных) 5-ротного (в осадной артиллерии — 10-ротного) состава по 12 орудий в роте; при этом полковая артиллерия сохранялась до марта 1800 г. И по техническому уровню, и по тактическим возможностям все это время русская артиллерия оставалась лучшей в мире. Ее личный состав к 1795 г. насчитывал 21 738 человек, к 1798 г. — 27940.

В 1763 г. войска были поделены на 8 дивизий (Санкт-Петербургская, Московская, Финляндская, Эстляндская, Лифляндская, Смоленская. Севская и Украинская) и 2 корпуса (Оренбургский и Сибирский) разной организации и численности (от 2 до 10 полков пехоты и конницы), но это не были постоянные соединения; только во второй турецкой войне деление войск на корпуса, а корпусов — на дивизии и отряды проводилась более или менее последовательно. Зато к организации на одном театре военных действий крупных объединений — армий Россия перешла раньше других стран (со времени войны 1768–1774 гг.), тогда как в Европе это впервые стали практиковать французы с 1793 г.

Русский флот к концу XVIII в. насчитывал на Балтике 45 линейных кораблей, 19 парусных и 12 гребных фрегатов и (не считая галер) 132 судами других классов, на Черном море — 15 линейными кораблями, 6 парусными и 15 гребными фрегатами и 72 прочими судами. Еще 3 фрегата и 24 малых судна имелись на Каспии.

Подавляющее большинство офицеров в это время производилось из нижних чинов. По инструкции 1766 г. срок производства унтер-офицеров в офицеры обусловливался происхождением. Минимальный срок выслуги в унтер-офицерском звании устанавливался для дворян — 3 года, максимальный — для лиц, принятых по рекрутским наборам, — 12 лет. Поставщиком офицерских кадров оставалась гвардия, где большинство солдат (хотя в отличие от первой половины столетия не все) по-прежнему были дворянами. В конце XVIII в. дворяне поступали на службу в войска сразу унтер-офицерами (первые 3 месяца они должны были служить рядовыми, но в унтер-офицерском мундире), затем они производились в подпрапорщики (юнкера), из которых на вакансии производились уже в первый офицерский чин. Недворяне до производства в унтер-офицеры должны были служить рядовыми 4 года; затем они производились в унтер-офицеры и в фельдфебели, которые уже могли за заслуги стать офицерами. Павел I в 1798 г. запретил было производить в офицеры лиц недворянского происхождения, но уже в следующем году это положение было отменено. Прием на службу иностранных офицеров Екатерина II резко ограничила, установив для них дискриминационные правила: при переходе на русскую службу они понижались в чине (в конце XVIII в., когда вновь отмечается некоторое увеличение притока иностранцев, большинство их составляли бывшие офицеры французской королевской армии — эмигранты-роялисты). Численность офицерского корпуса росла вместе с численностью армии. К середине 50-х гг. XVIII в. в сухопутной армии насчитывалось примерно 9 тыс. офицеров, к концу столетия — не менее 15 тыс. (на 1797 г. имелось 399 генералов и 2417 штаб-офицеров: 297 полковников, 466 подполковников и 1654 майора).

При Екатерине II получила дальнейшее развитие система военного образования. В 1762 г. штат Сухопутного кадетского корпуса был увеличен до 600 человек, причем теперь принимались только малолетние дети не старше 5 лет, с тем чтобы пробыть в корпусе не менее 15 лет. В том же году Артиллерийская и инженерная дворянская школа была преобразована в Артиллерийский и инженерный шляхетный кадетский корпус со штатом в 146 кадет; в 1784 г. штат увеличен до 393 человек. На протяжении нескольких десятилетий почти весь состав артиллерийских и инженерных офицеров комплектовался из воспитанников этого корпуса. За XVIII в. Сухопутный кадетский корпус выпустил 3300 офицеров, а Артиллерийский и инженерный — 1600. 10 марта 1800 г. Сухопутный корпус переименовывается в 1-й Кадетский корпус, а Артиллерийский и инженерный — во 2-й Кадетский корпус. Греческий кадетский корпус, существовавший в 1775–1796 гг., выпустил 190 офицеров (в том числе 100 для флота). В 1771 г. в Херсоне был открыт 2-й Морской корпус, просуществовавший до 1798 г. В 1786 г. было воссоздано Морское артиллерийское училище. В 1798 г. в Петербурге было создано Училище корабельной архитектуры, которое имело 3-годичный курс обучения и штат 100 человек (такое же училище одновременно учредили и в Николаеве, но закрыли уже в 1803 г.).

Кроме них в конце XVIII в. появилось еще два военно-учебных заведения, готовившие офицеров. 24 ноября 1778 г. генерал-майор С.Г. Зорич на собственные средства учредил в г. Шклове Благородное училище для бедных дворян, рассчитанное на 250 человек и разделявшееся на два кавалерийских взвода и две пехотные роты. Выпускники получали места на военной и гражданской службе, а с 1785 г. многие из них производились в офицеры прямо по выпуску. После воцарения Павла I училище переведено в казенное ведомство, а в ноябре 1799 г. названо кадетским корпусом, который вскоре был переведен в Гродно. До 1801 г. это учебное заведение выпустило 470 офицеров. В 1795 г. из двух школ для сирот и сыновей инвалидов-военнослужащих в Гатчине был создан Сиротский дом. В 1798 г. это заведение, переведенное к тому времени в Петербург, преобразовано в Императорский Военно-сиротский дом, первое отделение которого предназначалось для 200 сирот неимущих дворян и офицеров; они выпускались в армию юнкерами и портупей-прапорщиками, а отличников производили в офицеры сразу при выпуске. Второе отделение предназначалось для 800 солдатских сыновей, обучавшихся ремеслам.

Потребности вооруженных сил по-прежнему полностью удовлетворялись отечественной промышленностью. В конце XVIII в. имелось около 200 предприятий в сфере металлургии и металлообработки (почти все из них существовали и в 60-х годах), число занятых в тяжелой промышленности составило около 420 тыс. человек (три четверти из них приходилось на приписных крестьян). Но если основы тяжелой промышленности были заложены еще в предшествующий период, то легкая промышленность сделала за вторую половину XVIII столетия огромный рывок. Число крупных предприятий текстильной промышленности (некоторые с числом рабочих 2–3 тыс. человек) с 60-х годов до конца XVIII в. выросло с 231 до 1082 (то есть более чем в 4,5 раза), в том числе суконных — с 73 до 158, полотняных — с 85 до 318, шелковых — с 60 до 357. Общее число промышленных предприятий увеличилось за это время с 683 до 2094. Основная масса работников была по-прежнему прикреплена к предприятиям, но и численность лиц наемного труда выросла к концу столетия до 500 тыс. (на предприятиях некоторых отраслей ведения Мануфактур-коллегии было до 90% наемных лиц).

Екатерина последовательно поощряла развитие предпринимательства, отменяя существовавшие ранее запреты как на производство, так и на экспорт ряда товаров. В 1762 г. было разрешено свободное производство ситца, в следующем году провозглашен общий принцип свободы промышленной деятельности, в 1766–1772 г. был разрешен беспошлинный вывоз пшеницы и пшеничной муки, в 1767 г. объявлена полная свобода «рукомеслу и рукоделию» во всех городах России, через два года было разрешено свободно заводить ткацкие станы. В 1775 г. была объявлена свобода создания промышленных предприятий всех без исключения отраслей и отменены все сборы с мелких промыслов. Указы о поощрении предпринимательства принимались и в дальнейшем. Все это приводило к тому, что русская армия и флот не нуждались ни в какой импортной продукции.

——— • ———

назад  вверх  дальше
Оглавление
Книги


swolkov.org & swolkov.narod.ru © С.В. Волков
Охраняется законами РФ об авторских и смежных правах
Создание и дизайн swolkov.org & swolkov.narod.ru © Вадим Рогге