Rambler's Top100
———————— • ————————

Документы

————— • —————

Красный террор
в годы гражданской войны

——— • ———

Приложения

1 • 2 • 3

Из показаний Павловского (Якшина),
агента ГПУ, арестованного в Германии в 1929 году

Бывали случаи, при спешке работы, что фальсифицированные материалы изготовлялись не в центрах, а каким-либо пограничным ГПУ, например, Семеном Дукельским. Ввиду недостаточной интенсивности и слабого умственного развития наших руководителей в ГПУ, особенно в провинции, естественно, составляемые ими статьи и материалы не всегда удовлетворяли центр. Я сам неоднократно издавал циркулярные распоряжения, коими предписывал своим зарубежным резидентам не печатать без ведома и согласия центров никаких сведений и материалов.

Журналисты, имеющие связи с заграничной прессой, пользовались всегда возможностью вымогательства денежных средств с обеих сторон, это походило на обыкновенный шантаж, и резиденты почти всегда должны были соглашаться на требования журналистов — секретных сотрудников.

Особенно беспринципен в этом отношении были Герман Бернштейн, Горвиц-Самойлов, пользовавшийся своим родством с Оклянским и работавший у последнего в качестве секретаря и некий доктор Полини, работавший по Константинополю и имеющий громадные связи.

[...]{232}Особенно шантажировали нас эти журналисты при заключении сделок о подкупе правых газет.

Некоторых журналистов за их чрезмерные вымогательства и шантаж потом предполагалось завлечь в советскую Россию и там расстрелять. Насколько я знаю, Бернштейну было выдано за [19]21-й год около 17 000 золотых руб., дальнейшая выдача производилась Москвой после моего командирования в Берлин, и я о них не знаю.

Такие же фиктивные организации, как «Комитет спасения Родины» были созданы как в СССР, так и за границей указанными выше секретными сотрудниками (Комиссаровым и другими): «Анонимный монархический центр», являющийся центром работы в России, «Великий Князь Андрей Владимирович», созданный Арзамасовым и Трилиссером «Орден офицеров Императорских российских войск», в котором деятельное участие принимал Михайлов и Брауде, а также Горвиц-Самойлов и именующий себя полковником эсер Анисимов, а также некий Эльский-Яблонский — резидент Коминтерна. Указанные выше журналисты, кроме разработок монархических вопросов, которые были бы освещены в заграничной прессе так, чтобы вызвать ненависть со стороны общественного мнения к монархистам всех стран, особенно эмигрантам, обязаны были путем печати распространять данные и материалы, указывающие на погромную деятельность всех монархистов, особенно русских, и всячески разжигать ненависть друг к другу этих двух народов{233}.

Все же факты, касающиеся стихийных еврейских погромов, производимых красноармейцами, буденовцами и вообще большевиками — всячески затушевывать, передергивая даты и перенося всю ответственность за устройство еврейских погромов на монархические организации и белые армии.

Ввиду того, что отсутствие моральных качеств у Бернштейна заставило его американских товарищей посторониться, мы, по его просьбе, для придания ему веса в заграничной прессе, передавали ему также изредка и настоящие материалы, которые он и помещал в прессе, доказывая тем, что он не «большевик».

По поводу представленных при сем документов, а именно:

1) Документ ВЧК (Всероссийской чрезвычайной комиссии) за №29370/с (секретный), подписан Михаилом Трилиссером, на имя Дукельского.

2) Документ ВЧК за №29901/с от 4 января 1922 года, подписан Михаилом Трилиссером, на имя Раковского.

3) Документ ВЧК за №29903/с (секретный), подписан Михаилом Трилиссером, на имя Манцева, председателя ВУЧК (Всеукраинской чрезвычайной комиссии) от 5 января 1922 года.

4) Документ ВЧК за №30102/с (секретный) от 11 января 1922 года, подписан Михаилом Трилиссером, на имя Евдокимова — начальника Центрального управления всех Особых отделов Юж[ного и] Юго-Западных фронтов.

5) Документ ВЧК за №30103/с (секретный) от 11 января 1922 года, подписан Михаилом Трилиссером, на имя Евдокимова — начальника Центрального управления всех Особотделов Юж[ного и] Юго-Западных фронтов.

6) Документ ВЧК за №34102/с (секретный) от 3 февраля 1922 года, подписан Михаилом Трилиссером, на имя Раковского.

7) Документ ВЧК за №34964/с (секретный), подписан Михаилом Трилиссером, на имя Манцева, председателя Всеукраинской чрезвычайной комиссии, от 12 февраля 1922 года.

8) Документ ВЧК за №34969, подписан Михаилом Трилиссером, на имя Манцева (председателя ВУЧК) от 13 февраля 1922 года.

9) Документ ВЧК за №41240/ф (финансовый), на имя Манцева (председателя ВУЧК).

10) Дело Секретно-оперативного управления ВУЧК (Всеукраинской чрезвычайной комиссии) по форме №16 за декабрь 1921 года, январь, февраль, март 1922 года, заключающее в себе 89 страниц.

11) Дело Полномочного представительства ГПУ (Государственного политического управления на Правобережной Украине [...]{234}

По предъявлении мне документов (предъявлены 9 документов) Всероссийской чрезвычайной комиссии (ВЧК) за январь, февраль и март месяцы 1922 года, объявляю:

1. Документ 2 января 1922 г. за №29370 (с[овершенно] секретный) подписан Михаилом Трилиссером, на имя Дукельского был выписан по следующему поводу: разосланные мною, Дукельским, Манцевым и Трилиссером заграничные резиденты, вопреки всякой конспирации стали быстро обращаться в каких-то чиновников и, будучи размещены для сокрытия их работы в различные дружественные нам организации, редакции и торгово-промышленные заведения, стали переписываться между собой и с нами на бланках тех учреждений и мест, где они служили, и некоторые даже подписывались своими настоящими именами. Поэтому и произошло много досадных провалов: так, некоторые правительства, особо интенсивно наблюдающие за тайной работой большевиков (напр[имер], Польша, Румыния и Венгрия), очень жестоко расправлялись с нашими резидентами. Это обстоятельство и вызвало описанное выше циркулярное письмо.

2. Документ за №29901 (с[овершенно] секретный) заключает в себе сообщение начальника Закордонной части Иностранного отдела Всероссийской чрезвычайной комиссии Трилиссера на имя Раковского, особенно домогавшегося приезда Бернштейна в СССР, о том, что в интересах порученной ему, Бернштейну, работы оперативно-агентурного характера приезд последнего является нежелательным по соображениям, о каковых я упоминал выше, т[о] е[сть] для избежания расшифрования его связи с нами. В этом же документе указывается, что переданная связью Бернштейна отчетность подлинна. По этому поводу должен объяснить, что указанные выше журналисты: Алмазов, Бернштейн, Горвиц-Самойлов, Брайтман представляли нашим резидентам (в частности, Степанову) большое количество фиктивных отчетов, которые мы были принуждены удовлетворять, так как считали работу этих журналистов, благодаря их мировым связям, в особенности в еврейской прессе, чрезвычайно ценной. Таким образом, если отчетность резидента по выдаче гонораров и оплата отчетов этим журналистам бывала подлинна, то это вызывало удивление.

3. В документе №29903 (с[овершенно] секретный) от 5 января 1922 г., между прочим, Трилиссер сообщает Манцеву, что, как мною было выше указано, провинциальное ГПУ, вроде одесского во главе с Дукельским, пыталось помещать через свою связь и Бернштейна собственную отсебятину, не санкционированную центром, вследствие чего нарушался контакт единой работы иностранных отделов ГПУ. Трилиссер и добился в конце концов того, что все фальсифицированные данные должны представляться в центр для утверждения.

4. Документ №30102 (с[овершенно] секретный) от 11 января 1922 года. В нем сообщается Евдокимову о том, что Дукельский проектирует прекратить отпуск средств Балиеву из связи Арзамасова и Комиссарова ввиду того, что они помещают в зарубежной прессе материалы, переданные им через резидентов Виленского и Михельсона. Однако Балиев, требуя себе гонорар, в свое оправдание представил ряд газет, в которых были помещены сведения, переданные ему и Бернштейну из Москвы о фиктивном «Комитете спасения Родины» без изменения.

Так как автором этих сведений был Дукельский, то Трилиссер обращает внимание его начальника — Евдокимова — на то, что Дукельский недостаточно умно составил эти документы и что поэтому впредь он должен свои фабрикаты представлять для редактирования в центр, а не посылать непосредственно Бернштейну или другим журналистам.

В результате письма за №30102/с было разрешено Балиеву выдать вознаграждение, причем в этом же документе указано, что как Балиев, Виленский, так и Михельсон объясняют свои большие счета тем, что как журналистам, так и связям Бернштейна приходится платить чрезвычайные гонорары и оплачивать их «расходы».

Тут же указывается на то, что Балиев в Константинополе постепенно терял доверие среди эсеров и монархистов и что его необходимо было бы переместить в какой-либо европейский центр, оставив в Константинополе для связи с Бернштейном доктора Полини, а также мелких секретных сотрудников Брауде и Михайлова.

5. Документ от 11 января 1922 года за №30103 (с[овершенно] секретный), в коем указывается Трилиссером, что для нужд дезинформационного отдела необходимо заказать за границей фальшивые бланки московских учреждений, а также образцы подписей, бланков и печатей — эмигрантских, социалистических и монархических организаций. Делалось это для фальсификации и для помещения в соответствующих газетах фальшивых материалов, для введения в заблуждение общественного мнения относительно действительных целей и задач указанных выше организаций, [а] также большевиков. Как видно из этого документа, в этом отношении должны были работать Дукельский, Виленский и Михельсон.

6. Документ за №34102 (с[овершенно] секретный) указывает, что отчетность связи Бернштейна и счета по организации Михайлова и Арзамасова были произведены без ведома наших резидентов, и потому Трилиссер отказывается принять эту отчетность. Вместе с тем он просит Раковского назначить члена его коллегии в комиссию, которая должна прекратить расходование полномочными представительствами сумм самостоятельно, без ведома и согласия наших резидентов, присваивая функции наших резидентов.

7. Из документа №34964 (с[овершенно] секретный) от 12 февраля 1922 года видно, что на оперативную работу тратятся средства одновременно Коминтерном и нашими резидентами, причем такие лица, как Герман Бернштейн, Акацатов, Комиссаров и другие пытались получить, а в некоторых случаях и получали, за одну и ту же работу из всех этих источников, причем одно ведомство не знало об отпуске этих сумм из другого ведомства, что умышленно скрывали указанные выше лица.

Трилиссер даже отмечает подобное «моральное разложение этих сотрудников». Кроме того, он вторично подчеркивает необходимость помещения в прессе материалов без всяких изменений и требует, чтобы Дукельскии прекратил свои претензии на Бернштейна: так как им руководит только Москва, которая только и распоряжается кредитами Германа Бернштейна.

8. В документе за №34969 от 13 февраля 1922 года указывается на осложнения в работе Бернштейна, вызванные тем, что Бернштейн требовал всегда вперед авансы, а мы ему выдавали деньги лишь за исполненную работу. Поэтому мы не всегда могли утвердить его счета и отчеты по реализации валюты, которые пересылались ему через Германию в инфляционное время.

Вопрос о существовании «Комитета спасения Родины» предложено было Трилиссером углубить, но Трилиссер не хотел этого делать по плану Манцева, предполагавшего эту кампанию провести только через Бернштейна, так как Москва думала провести всю эту операцию при помощи и других журналистов, а не одного Бернштейна, на которого были возложены и другие секретные задания.

9. Документ №41240/ф (финансовый). Бернштейн получал фальсифицированные материалы, отлично знал, что они подделаны в ГПУ, так как с ним по этому поводу всегда велись предварительные переговоры и он давал советы по поводу редакции данных статей. Из этого документа видно, какие огромные гонорары получал Бернштейн (17 000 зол. руб.).

Необходимо отметить, что как Бернштейну, так и другим купленным журналистам, приказано было помещаемые ими статьи в пользу Советов не подписывать своей настоящей фамилией или литературной кличкой, вместе с тем им было предписано изредка помещать, для симуляции и маскировки их действительной работы, статьи, направленные против Советов, каковые статьи эти купленные журналисты, в том числе: Алмазов, Бернштейн и другие — обязаны были подписывать своей настоящей фамилией или литературной кличкой.

Все указанные выше документы мне известны по моей работе в руководящих органах ГПУ за границей. Документы эти являются незначительной частью того огромного числа материалов, инструкций, сводок, циркуляров и переписок, ко [торые] проходили через те канцелярии и учреждения, во главе которых я стоял в течение 8 лет.

Под моим руководством составлялись также агентурно-информационные сводки секретно-оперативного управления ВУЧК (Всеукраинской чрезвычайной комиссии) по форме Е 16 за декабрь [19]21 года, январь, февраль, март 1922 г., а также на основании моих сводок составлялись обзоры о положении за кордоном (в частности, и обзор №4), от имени Полномочного представительства ГПУ на Правобережной Украине, полномочным представителем коего был указанный мною выше Евдокимов, а начальником Оперативного отделения — Савельев.

——— • ———

назад  вверх  дальше
Содержание
Документы


swolkov.org & swolkov.narod.ru © С.В. Волков
Охраняется законами РФ об авторских и смежных правах
Создание и дизайн swolkov.org & swolkov.narod.ru © Вадим Рогге